Category: литература

Малевич

Легенда об Оскаре Уайльде


165 лет со дня рождения Оскара Уальда, образцового декадента всех времён и народов и при этом блистательного писателя и недурного драматурга.
Его афоризмы и, тыкскыть, парадоксализмы приобрели мировую известность, это образцовое остроумие: если хочется попробовать, что такое изысканный английский юмор, то его лучше всего искать в пьесах Уальда и его единственном романе "Портрет Дориана Грея".

В своём эстетизме, Уайльд не знал предела и дошёл до извращений, дав пример всем декадентам Европы и России - наркомания, промискуитет и гомосексуализм суть декадентские черты всяческого модерна рубежа прошлых веков. Возможно, многое ему было приписано - Уальд при жизни был легендой Британии, сам он не опровергал даже сплетен о себе, уверяя, что только собственной репутацией, какой бы шокирующей она ни была, и стоит дорожить.
Оскар Уальд жестоко поплатился за свой эллинизм и свои вольности и фривольности, современный ему кодекс приличий жестоко наказал эстета - двумя годами тюрьмы и последующим общественным порицанием.

Не сочувствуя Уальду-гомосеку, обожаю его эпатажное остроумие и помню восторг, с которым читал "Портрет Дориана Грея", где остротами сыпал некий змей-искуситель молодого человека - лорд Генри.
Уальда постоянно издают и переиздают. Первое советское издание у нас вышло в "хрущёвскую оттепель" в 1961 году - двухтомник тускло-сиреневого, будто специально "декадентского" цвета. Вновь открылись шлюзы в 1990-е - с той поры несколько изданий, включая дорогое подарочное собрание сочинений.
Не слышал. чтобы у нас ставили пьесы Уальда или экранизировали, но "за бугром" это делают постоянно. Помнится, одна из экранизаций пьесы "Веер леди Уиндермир" шла ещё во времена моей давней молодости.
Говорят, появляются всё новые и новые экранизации Уайльда. Ну, да что ж, он того стоит.
Малевич

Отставка Хрущёва

55 лет назад в Москве сменился хозяин - отставили от должности Никиту Сергеевича Хрущева.

Мы, первокурсники Томского госуниверситета, только что приехали из колхоза - из Иваново-Богословки Асиновского района, где занимались уборкой льна. Обычное дело по тем временам - помогать селянам в их многотрудной работе.
Мы обживались в общаге, в лекционных залах в совершенно роскошной научной библиотете, где в свободном доступе находились книги мечты - от декадентов до футуристов.

Отставку лидера восприняли довольно равнодушно. Кто-то предположил, мол, расстреляют, ведь это ж нормальная советская традиция - Берию же растреляли. Кто-то пожал плечами: авось обойдётся, ведь не расстреляли же "антипартийную группу" - Ворошилова, Молотова, ещё кого-то и "примкнувшего к ним Шипилова".

Надо отметить, что при Хрущёве человеческое житьё-бытье стало легче.
Прекратились очереди за хлебом. Появилась разная одёжа. И почти что массовым явлением стали модники-"стиляги" и новые танцы, например, твист. Началось массовое строительство пятиэтажек-"хрущоб".
Возникла "оттепель" в литературе и искусстве. Вернулись имена Цветаевой, Пастернака, Зощенко и других. Вал воспоминаний о сталинской эпохе, тут, пожалуй, всех опередил Илья Эренбург и его мемуары "Люди, годы, жизнь".
Приобрела популярность молодая поэзия и проза - Евтушенко, Вознесенский, Аксёнов и другие. К навм пришло мировое кино - Феллини и его "Ночи Кабирии", например. Отечественное кино привыкло срывать аплодисменты на международных фестивалях.

Правда, Хрущёв попытался урезонить бунтарей-интеллигентов своими встречами и совещаниями с творческими работниками. Но выглядело это как-то не очень серьёзно - провинившихся не арестовывали, как при Сталине, и не отправляли на лесоповал.
Или на льноуборку или картошку, как несчастных школяров.

После Хрущёва появился новый национальный кумир - Леонид Ильич Брежнев. При нём всё стало скушнее. И смешнее. Расцвел жанр аненкдота про политических и военных деятелей советской эпохи - Ленина, Чапаева и даже Сталина. Началась магнитофонная эпоха - Визбор, Окуджава. Высоцкий и, конечно, Битлз.
В какое-то из лет брежневской эпохи перестали глушить зарубежные "голоса" и в обиход вошёл перессказ новостей из "диссидентской жизни": так мы узнали про "Архипелаг ГУЛАГ". И о многом другом.

В то же время как-то вдруг сменила облик "Литературная газета", ставшая из скучного официоза интересным изданием. А по ТВ вещал по бумажке товарищ Леонид Ильич Брежнев или "просто Ильич" и изза затруднённой его речи становилось всё больше жаль.
Постепенно наступала совсем новая эпоха - неожиданная, как шквал...
Малевич

9 октября - день чтения

Как всегда, меня опередили.
В "Кузнецком рабочем" заметка Бориса Кобзаря http://kuzpress.ru/culture/09-10-2019/70396.html

Упрощая, это заметка о вреде чтения. Остроумная, провокативная, со ссылками на товарища Мао, но именно об этом.
Кобзарь говорит. что пятнадцать лет занимался книготорговлей, так что, хошь-не хошь, это это текст книготорговца, разочаровавшегося в профессии, потому что книги перестали приносить прибыль.
Сочувствую.

Сегодня книги, коих в былые времена наиздавали целые горы, успешно перерабатываются в хозяйственный картон, туалетную бумагу, гигиенические прокладки и иные полезные вещи. Почему бы Борису не сменить профессию?

У меня нет простых и приемлемых возражений на призыв к малочтению. Товарищ Мао, конечно, авторитетный товарищ, но по свидетельству его родни в молодости был запойный чтец. А его тезис насчёт чтения нормально-пропагандистский: зачем читать всякую всячину, достаточно цитатника из произведений Великого Кормчего.

К тому же в Китае, чтобы стать полноценным читателям, надо заучить тысячи иероглифов. Не всякому это по усердию и разуму.

В Китае «культурная революция», инициированная товарищем Мао, а ещё более цитатами из его бессмертных трудов, разрушила страну. Но сделала её послушной, что позволило новым лидерам индустриализировать Китай. Не обязательно читать и вообще быть культурным человеком, надо усердно работать.
В СССР всеобщая грамотность научила людей воспринимать идеи, иногда чуждые и абсурдные, и в конечном итоге тоже разрушила страну. Как сказал известный литературный персонаж, разруха прежде всего наступает в головах.
И вот она наступила.

От Мао к Кобзарю.
Полезность чтения состоит в привычке воспринимать грамотный текст и последующей грамотности читающего. Тот, кто мало читает, малограмотен, это аксиома.

При этом несложно понять человека, с трудом воспринимающего «Войну и мир». Это давнопрошедшая война и мир, которого нет уже двести лет. Это о людях, которые невозможны сегодня. Их не только житейский, но и эмоциональный опыт несовместим с нынешними реалиями.
Конечно, если вы хотите что-то знать об исторической России, да не только о ней, надо читать, иного не дано.

Но если не хотите, следуйте за Борисом Кобзарём и товарищем Мао.
Малевич

Грэм Грин

Британский романист. Выходец из ихней разведки.

Почти что юбилей - 115 лет.
При Советах очень был издаваем. Даже что-то было в "Роман-газете", а это минимальный тираж - 300 тыщ.
Помню "Суть дела", "Наш человек в Гаване", "Тихий американец" и "Комедианты". Но всё прошло вскользь. То ли переводы были говно, то ли тематика никак не задевала.
Один из романов, кажется, "Наш человек в Гаване", о придуманном шпионе. Его родил некий ленивый офисный засранец, чтобы показать, какой он ценный работник.
И вот из придумки вдруг развивается фантасмагорический сюжет: вымысел становится правдой с реально трагическими последствиями.

Грин при всём своём шпионском прошлом - противник истэблишмента, интеллигент чеховского склада, сочувствующий "малым сим", Был вполне "левым", но  в друзьях Советского Союза не числился.
Более того, с СССР Грин рассорился из-за процесса Синявского и Даниэля, которые печатали (тайно от советских властей) диссидентскую прозу на Западе. По нынешним временам довольно безобидную, но нашими тогдашними охранителями воспринятую как посягательство на устои.
Синявского и Даниэла осудили (семь лет и пять лет лагерей), а Грина лет десять не печатали - ни новых романов, ни переизданий.

Несколько раз Грина выдвигали на "при Нобель", но так и не дали.
Наверное. правильно. Его современников-нобелиатов Хемингуэя и Стейнбёка я готов перечитывать до посинения, а вот Грина, пожалуй. даже и нет на моих книжных полках. 
Малевич

Листопад

В эти дни всегда вспоминаю гениальные строки Саши Ибрагимова:

Сентябрь. Классицизм аллей
Очерчен колоннадой тополей.
Последние влюблённые, ау,
Ладони подставляют под листву.

А на ладони детски-голубой
Порхает лист, ещё полуживой.
И каждый лист, упавший в этот раз,
Один из нас, один из нас...


Нынче октябрь выдался на загляденье. Время для поэтов.
Малевич

Юз Алешковский

Пропустил 90-летие интересного литератора, барда, матершинника.
Образцового фрондёра из богемы. Непутёвого сына СССР.

Забавляясь на грани фола, стал знаменитым. Почему? Во всякой своей забаве Алешковский был талантлив. Помните песенку "Товарищ Сталин, вы большой учёный"? Только талантливый человек мог скаламбурить смыслами, как Юз:

Вы здесь из искры высекали пламя.
Спасибо вам, я греюсь у костра.


Помню самиздатовские брошюрки о "маскировке" - рассказанные матерным русским истории про жизнь рабочего класса. И смешно, и правда, и опять же талантливо до слёз.
И на коду "Окурочек" - сентиментальный блатняк:

Из песни слова не выкинешь, а из литературы Алешковского...
Малевич

Прилепин о Шукшине


А мог бы о целых поколениях русских, в том числе сибиряков.
И даже применительно к моей семье: родители с минимальной грамотой (мать - три класса приходской школы, отец - ликбез и курсы механиков), старший сын с офицерским училищем, двое других с университетами.

Шукшина можно было бы назвать ТИПИЧНЫМ уникумом: талант, который ни убить, ни пропить, ни задвинуть.
И при этом народный любимец. Это касается и его прозы, и его кино, и всей жизни.
Малевич

Про Дудя


Вы знаете, Дудь – это, наверное, худшее, что происходило с нашей журналистикой


Нет, как маркетолог, Юрий, безусловно, хорош. Чувствует конъюнктуру, умеет генерить хайп. Но такую популярность можно было обрести лишь в обществе, которое стало в разы меньше читать.

Дудь – это желтчайший видеотаблоид. Кто бы к нему не пришел, его больше всего интересуют кликбейтные вопросы – с кем вы спите, какой у вас член, сколько вы зарабатываете?

Знания о госте или о проблеме подбираются хаотично и поверхностно, просто собирание сплетен в кеше гугла и яндекса.

Большая проблема Дудя в том, что он не пытается думать, анализировать и делать выводы. Он не пытается глубоко изучить и вскрыть проблему, о которой снимает фильм, он пытается ее подогнать под свою собственную картинку молодого умеренного слабоэрудированного либерала.

Воцерковленного Кинчева он спрашивает: почему Православная Церковь не хочет реформироваться? Если бы Дудь немного разбирался в религии, то понимал бы, что реформировать в соответствии с духом времени можно и нужно экономику. А ценность Церкви в том, насколько она близка к первоначальному Учению Христа. И чем больше она реформируется, тем больше отдаляется от Бога, как современный протестантизм.
рнуть

Современному классику Лимонову, который жил в Штатах и Париже, участвовал в 4 войнах, сидел в тюрьме, создал свою радикальную партию, Дудь задает вопрос: а вы правда сосали у негра, как описали в своей первой книге?

Это вы называете интервьюер года? Это глупый мальчишка, который мало знает и мало читает.

К Дудю постоянно ходят интересные люди, но мне неинтересно смотреть их с Дудем, он задает им глупые поверхностные вопросы.

Если бы к Дудю пришел Лев Толстой, он спросил бы его: сколько крестьянок вы поимели? Правда, что у вас огромный уд и болезнь приапизм? Ваш конфликт с Иоанном Кронштадским из-за Навального? Трудно писать «Войну и мир»? Она же очень толстая. Прям как ваша фамилия, ггг.

Дудь снял фильм о Бодрове, не взяв интервью у самого близкого человека покойного Сергея, его жены. Ее интервью для Кольты намного глубже и интереснее рассказывает о Бодрове, чем фильм Дудя.

Его работы о Беслане и Колыме – это попытка рассказать о сложных трагических проблемах языком недалекого школьника. Без попыток какого-либо анализа.

Я не могу смотреть Дудя потому, что он не может раскрыть глубоко ни одну тему, если это не секс, наркотики или бабло. Серьёзная тема в исполнении Дудя - это Достоевский в пересказе Эллочки Людоедочки.

Это большая трагедия, что многие юные влоггеры и журналисты пытаются его копировать.

Мой вам совет, читайте лучше Шукшина, Катаева, Бунина, Лермонтова, Маяковского. Смотрите Скорцезе, раннего Михалкова, Балабанова, Копполу, Вайду. Да даже Прилепина читайте с Елизаровым и смотрите литературные очерки Быкова.

Пусть у вас будет меньше подписчиков, но это будут те, кто умеет думать. Те, кто читает книги, всегда будут править теми, кто смотрит Дудя.

Роман Антоновский
Малевич

День рождения Фенимора Купера

15 сентября 1789 года. Это ж сколько ему лет? Агромадная цифра!

Прелестное чтение для раннего и среднего школьного возраста. "Следопыт", "Зверобой", "Последний из могикан".
Вроде бы ещё что-то было, но мы читали именно эти.
Непроизносимые имена: Чингачгук, Натаниэль да и сам Фенимор. Американская экзотика - похожая и не похожая на нашу тайгу. Благородные манеры аборигенов. Какие-то красавицы, на которых можно любоваться только издали.

Короче, красивая жизнь.

Старший брат Лёня, полистав "Следопыта", усмехнулся и сказал мне: "Лет через пять ты подобное в руки не возьмёшь". И был прав. Фенимор Купер - детское чтение. Но хорошо, что оно было...